Главная страница «Первого сентября»Главная страница журнала «Литература»Содержание №2/2010

Спецвыпуск
«Правая кисть»

“Живое” и “мёртвое” в рассказе А.И. Солженицына «Правая кисть»

Этот урок — продолжение разговора о трагедии маленького человека, беззащитного перед мёртвой идеологией. Мы побуждаем учеников к размышлению о вопросах личного нравственного выбора в любой жизненной ситуации. На предыдущих уроках мы говорим о “чуде” явления Солженицына в русской литературе, о самых ярких страницах его судьбы, об особенностях стилистики. Главным тезисом этих уроков являлась мысль о теме жертвы, самоотречения как главной в творчестве и судьбе этого художника. Далее мы прочли вслух рассказ «Правая кисть» и составили к нему ментальные карты1.

При подготовке к уроку были даны домашние задания.

1. Прочитать рассказ «Правая кисть» вслух родителям (либо дать прочитать самим) и взять у них интервью. Возможные вопросы: Бобров: виновник или жертва? Как вы относитесь к бывшему чекисту? Как вы думаете, почему Бобров не испытывает мук совести? Как вы думаете, почему в рассказе не происходит прозрения?

2. Групповое задание: сделать сопоставительную таблицу портретов зэка и чекиста, выделяя ключевые художественные детали.

3. Групповое задание: смысл названия рассказа. Роль образа-символа “правой кисти”.

4. Индивидуальное задание: “вживание в образ”. Рассказать об основной ситуации рассказа «Правая кисть» от лица чекиста, санитарки.

5. Групповое задание: выбрать примеры “тонкостей” лексики и рассказать о том, что выражает автор, используя слова: “два обтрёпыша”, “непуганая весна”, “тупые алебастровые бюсты”, “посмотрел по-собачьему”…

6. Групповое задание: выбрать наиболее адекватный эпиграф к рассказу «Правая кисть», обосновав его.

Материал для выбора эпиграфа.

1. “Мне отмщение и Аз воздам” (Л.Н. Толстой. «Анна Каренина»).

2. “Жизнь-то прошла, а словно и не жил” (А.П. Чехов. «Вишнёвый сад»).

3. “Первый закон истории в том, чтобы не сметь сказать никакой лжи. Затем — не сметь умолчать ни о какой правде и чтобы написанное не вызывало никакого подозрения ни в пристрастности, ни во враждебности” (Цицерон).

4. “Ангел в душе человечьей живёт, суемудрием запечатлен, но любовь сокрушит печать…” (Н.С. Лесков. «Запечатленный ангел»).

5. …Немногие для вечности живут,

Но если ты мгновенным озабочен —
Твой жребий страшен и твой дом непрочен!

(О.Э. Мандельштам, 1912).

6. “…Страшна судьба человека, который неправильно понял главное в своей эпохе. Как бы он ни был умён и порядочен — он обречён во всём наврать, натворить глупостей и подлостей” (Л.К. Чуковская).

7. “ …Таких душ нигде не подберёшь. Только в моём городе. Безрукие души, безногие души, глухонемые души, цепные души, легавые души, окаянные души… Дырявые души, продажные души, прожжённые души, мёртвые души…” (Е.Шварц. «Дракон»).

8. “Я изнемог и, согбенный под могильной короной, пошёл вперёд, вымаливая у судьбы простейшее из умений — уменье убить человека” (И.Э. Бабель. «Конармия»).

9. “Каждому будет дано по его вере” (М.А. Булгаков. «Мастер и Маргарита»).

Ход урока

Ученики садятся по группам, в соответствии с домашним заданием (стилисты, смысл названия, два портрета, “вживание в образ”, эпиграф). На доске — слайд с текстом о смерти героя.

Вопрос учителя. Кого мы видим в финале рассказа? Беспомощного, больного старого калеку — “ветерана” карательного отряда ЧОН, которому не оказывают помощи, и он в одиночестве, возможно, умирает, и рассказчика — пациента “ракового корпуса”, десять из тридцати пяти лет своей жизни проведшего в сталинских лагерях и после этого сосланного в вечную ссылку.

Давайте постараемся увидеть ситуацию финала с точки зрения бывшего чекиста. Слово даётся ученику, который, “вживаясь” в образ бывшего чекиста, читает его возможный внутренний монолог-размышление:

“Я очень устал… Мне очень тяжело… Я не понимаю, почему никто вокруг не обращает на меня внимания. А я ведь заслуженный человек! Ветеран революции! Мне лично жал руку Сергей Миронович Киров под Царицыном! Мне должны платить персональную пенсию! А происходит всё наоборот, а потому что архивы сгорели, документы потеряны, свидетелей моих значимых дел не собрать. Да сам я, наверное, виноват в том, что справок не скопил, одна вот только у меня есть, самый лучший мой документ. Ведь в прошлом я был великим человеком, служил великой цели — уничтожал врагов нового советского государства, своей рукой много порубал этих гадов. Но вот теперь стал стар, никому не нужен, и вот сейчас прибыл в Ташкент, несмотря на то, что нужно мне было на Урал и прописка у меня уральская, да вот болезнь прихватила, измотала меня всего, сил никаких нет, дышать не могу, тошнит, всё вокруг кажется чёрным, тусклым, бессмысленным… Месяц меня держали в одном городе, потом в другом. За время болезни где я только ни побывал, но нигде не нашёлся ни один человек, который помог бы мне. А ведь я достоин благодарности за моё великое, значительное прошлое. Устал я… Сил нет… Что делать, не знаю. Родных нет, близких нет, друзей тоже нет. Не знаю, к кому обратиться «Товарищи, товарищи!» — кричу, говорю, а люди проходят мимо, и никто не обращает на меня внимания. Жаркое солнце напекает мне голову, я устал, тело чешется, одежда грязная, болезнь не даёт покоя, я даже ни о чём не могу думать, кроме одной этой болезни. И вот один мужчина всё-таки — может быть, пациент, — даже дал мне три рубля, о которых я попросил, помог дойти до регистратуры. Этот больной был единственным человеком, который выслушал меня и был ко мне не безразличен. Он попросил подождать его у входа, а сам пошёл в приёмный покой, но я всё-таки, несмотря на то, что мне было очень тяжело, решил пойти за ним. Но когда я оказался внутри, услышал, как медсестра говорила тому мужчине, что меня не могут принять, так как я приехал не на скорой. Я дал товарищу свою справку, чтобы тот показал её регистраторше. Я был уверен, что она не может мне отказать. Ведь я заслуженный человек! Ветеран революции! Я состоял в славном Отряде Особого Назначения имени Мировой Революции и своей рукой порубал многих гадов. Медсестра не может меня не принять. Но она даже не посмотрела эту справку.

Я очень устал… Я сел на скамейку. Слабость одолевала меня. Наверное, что-то не так в этой справке, наверное, не так она написана, раз эта молодая девочка отказала мне. Мне очень тяжело…”

Вопрос учителя. Каково ваше отношение к этому человеку? О чём говорили ваши родители, когда вы брали у них интервью? (Обмен мнениями.)

Основная ситуация рассказа (человек перед лицом смерти) — ключевая для русской литературы. Смерть как оценка жизни, проверка на жизнеспособность всего, чем жил человек, во что он верил. «Правая кисть» А.И. Солженицына — это рассказ-символ. Здесь смерть героя — это осмысление не только его жизни, его нравственных ценностей, но и оценка идеологии государства, оценка революции, оценка мировоззрения человека советской эпохи.

Далее даётся слово группе, которая работала с эпиграфами. После того как будет представлен и обоснован её выбор, учитель может прокомментировать и свой эпиграф. Важно, чтобы ребята увидели: Солженицын продолжает гуманистическую линию классической литературы. Наши писатели всегда выражали своё отношение к любой форме насилия и лжи, любому проявлению унижения человеческого достоинства, утверждая нежизнеспособность идеи, которая не основана на человечности.

Для того чтобы увидеть, когда и как “обломилась” жизнь главных героев, обратимся к тексту произведения и посмотрим, как автор даёт возможность читателю заглянуть в мир, душу героев, понять, чем они живут. Авторская позиция выражается через название произведения, ключевые слова, особые “тонкости” лексики, через структуру повествования, сюжет, композицию.

Слово даётся группе, которая, сопоставляя портреты двух героев, выделяла ключевые слова-символы. Перед выступлением этой группы коротко комментируем слово “обтрёпыши”, которым Солженицын называет своих героев. На доске слайд с таблицей, составленной группой.

Вопрос учителя. Ключевым символом всего рассказа является образ правой кисти, так же, как “мотив рассечения, разрубания” (А.В. Урманов), встречающийся во многих книгах Солженицына. Почему автор весь сюжет строит на синекдохе, делая героем не человека, а его кисть: “На полном размахе… сносила голову, шею, часть плеча эта правая кисть”?

Слово даётся группе учеников, которая готовила размышление о смысле названия текста. (Подсказка: можно посоветовать увидеть перекличку между рассказами «Правая кисть» и «Матрёнин двор». В одном из них безбожный герой, убивший много людей, в итоге “лишён” правой кисти, в другом — и после смерти под колёсами поезда у героини-праведницы правая кисть сохранена: “Ручку-то правую оставил ей Господь... Там будет Богу молиться...”)

Образ мёртвой правой кисти — это символ несвободы, отсутствия правды, а значит, смерти всего, что не имеет высшего смысла: насилия, лжи, унижения человеческого достоинства. Главным же героем этого рассказа является сама жизнь. Способность быть открытым жизни и истине — критерий оценки персонажей.

“Два обтрёпыша”

Мир зэка Мир чекиста т. Боброва ( “живой труп”)

• Самая мучительная и самая прекрасная весна в жизни.
• Глаза пропускали мир.
• Блаженство — лежать на зелёной траве ничком, мирно вдыхать травяной запах.

“Я был и таким, да не таким, как окружающие меня больные: я был много бесправнее их и вынужденно безмолвней их. К ним приходили на свидания, о них плакали родственники, и одна была их забота, одна цель — выздороветь. А мне выздоравливать было почти что и не для чего: у тридцатипятилетнего, у меня не было во всём мире никого родного в ту весну. Ещё не было у меня — паспорта, и если б я теперь выздоровел, то надо было мне покинуть эту зелень, эту многоплодную сторону — и возвращаться к себе в пустыню, куда я сослан был навечно, под гласный надзор, с отметками каждые две недели, и откуда комендатура долго не удабривалась меня и умирающего выпустить на лечение”.

“Я был жалок. Исхудалое лицо моё несло на себе пережитое — морщины лагерной вынужденной угрюмости, пепельную мертвизну задубенелой кожи, недавнее отравление ядами болезни и ядами лекарств, отчего к цвету щёк добавилась ещё и зелень. От охранительной привычки подчиняться и прятаться спина моя была пригорблена. Полосатая шутовская курточка едва доходила мне до живота, полосатые брюки кончались выше щиколоток, из тупоносых лагерных кирзовых ботинок вывешивались уголки портянок, коричневых от времени”.

• Загрубевшая рука.
• Желание играть в теннис.

Вкус жизни

Последняя болезнь:

• отёчные глаза его были мутны;
• какая-то тускловатость находила на глаза;
• смотрел как-то по-собачьему;
• с трудом держа руки;
• задыхающийся голос;
• он часто тяжело выдыхал, измождённо выговаривал;
• речь была маловнятна; засопел;
• даже кепка томила его;
• нечёсаные, сбитые пылью волосы;
• на его шее, до жалкости потончавшей, цыплячьей, висело много кожи лишней, и отдельно ходил спереди трёхгранный кадык;
•  “еле ходит”, мы тащились;
• правая кисть — такая маленькая, со вздувшимися бурыми венами, с кругло-опухшими суставами, почти не способная вытянуть справку из бумажника… суставы её пальцев были кругло-опухшие, и пальцы мешали друг другу…
• “У этого человека был непомерный живот, больше, чем у беременной, — мешком обвисший, распирающий грязно-защитную гимнастёрку и грязно-защитные брюки. Сапоги его с подбитыми подошвами были тяжелы и пыльны. Не по погоде отягощало плечи толстое расстёгнутое пальто с засаленным воротником и затёртыми обшлагами. На голове лежала стародавняя истрёпанная кепка, достойная огородного пугала”.
“С трудом держа руку приподнятой, взял эту трёшницу, заложил её в карман — и тут же его освобождённая рука шлёпнулась на колено. А голова опять упёрлась подбородком в грудь”.

Жизнь полегла
В нём не оставалось жизненной силы

Вопрос учителя. Автор строит рассказ по принципу антитезы живого и мёртвого, использует приём перевёрнутой ситуации, осмысляя, почему человек часто подменяет живое мёртвым. Назовите проявления “живого” и “мёртвого” в рассказе, пользуясь нашим определением: живое — это то, что имеет высший смысл. (Ученики приводят примеры.)
Слово даётся группе “стилистов”, чтобы объяснить, почему Солженицын называет весну “непуганой”. В течение беседы мы также обращаемся к помощи этой группы.
После того как ребята предложат свои варианты, выводим на доску слайд с таблицей.

Автор неслучайно даёт читателю возможность “встречи” ещё с одним героем, санитаркой, поведение которой во многом является олицетворением “мёртвого” в произведении.

Слово даётся ученице из группы “вживания в образ”, которая готовила внутренний монолог санитарки.

“Я очень устала от всей суеты рабочего дня, эти больные такие привередливые: то им не так, это не эдак, не угодишь. Ну вот наконец вечер, теперь можно и присесть, может быть, никто больше не придёт. Я утром клала комиксы в сумочку. Вот они, а вот и моя новая помада, надо накрасить губы, попробовать, сейчас я достану зеркальце. Мне сказали, что это очень модный цвет, да, действительно, красиво. Ну, теперь за комиксы, только бы никто не помешал, как я люблю шпионские рассказы. Всё, окошко я закрываю, надоело всё. Ну кто там ещё, только присела. Вам чего? Он собирается ещё кого-то привести, ну вот ещё, всё, моя смена заканчивается, хватит с меня этих больных. Возись с ним сейчас целую вечность. Они что, порядка не знают, вот вечером им вздумалось притащиться. Надо ответить порезче, пусть знают порядок. Не хочу больше разговаривать, захлопну окно и всё тут. Да он ещё и в окно лезет, может зэк бывший, зарежет ещё, что у них на уме, у бывших-то? Дай-ка я отодвинусь подальше, надо с ним быть поосторожнее. Надо ему как-то объяснить, с каким удовольствием я отвяжусь от них. Ну вот наконец-то вылез, не хочу я их принимать и не буду. Ещё я должна на них посмотреть, нахал, он в стенку стучит, а сам портянки в ботинки заправить не может. Зачем он так печётся об этом старике? Какое ему до него дело, вроде не родственники? Ну уж нет, я порядок знаю, пришли сами на своих двоих, их ведь не скорая привезла, значит, ничего не случится с ними. Буду я ещё на них время тратить. Навыдумывают себе болезней и прутся потом. Кажется, отвязалась, как я утомилась. Теперь можно и журнал полистать. Так нет же, он ещё и бумажку какую-то суёт. Заберите её. До чего же надоедливые эти больные…”

живое мёртвое
• Природа (мучительно прекрасная непуганая весна)
• Милосердие
• Память о прошлом
• Сопереживание
• Забота о ближнем
• Человечность
• Женщины
• Сама жизнь
• Желания
• Болезнь
• Страдания
• Жалость
• Оживлённое движение
• Порядок
• Счастье
• Цветы
• Фруктовый ларёк и чайхана
• Тележка с мороженым
• Мёртвая кисть — ключевой символ
• Справка как символ власти
• Хамство
• Эгоизм
• Грубость
• Невежество
• Бездуховность
• Власть
• Идеология (идея справедливого возмездия)
• Тупые алебастровые бюсты
• Алебастровый Сталин с каменной усмешкой в глазах
• Наглость
• Отсутствие жалости
• Собачий взгляд
• Неуважение
• Комиксы о шпионах
• Мутные глаза
• Несправедливость
• Густо-лиловая помада медсестры
• Траурный марш

 

Учитель таким образом готовит ситуацию удивления, озарения, при которой ребята, обобщая предыдущий материал, сопоставляя известное с предлагаемым учителем неизвестным, делают маленькие самостоятельные открытия.

Вопрос учителя. Что вы чувствуете, слушая эту героиню? Что объединяет санитарку и бывшего чекиста?

Выслушав ответы учеников, учитель может высказать свой взгляд на ситуацию: оба героя не знают “порядка”, они выбрали ложные ценности, и это вызывает у читателя боль, жалость, сострадание, ибо они обречены на разочарования и горечь, однажды встретившись с мыслью о том, что и их жизнь “прошла”, а они словно и не жили… Трагедия судьбы маленького человека в том, что все главные человеческие ценности были заменены на противоположные, и он оказывался беззащитным перед таким “порядком”.

Учитель просит группу “эпиграф” напомнить всем слова Л.Чуковской: “…Страшна судьба человека, который неправильно понял главное в своей эпохе. Как бы он ни был умён и порядочен — он обречён во всём наврать, натворить глупостей и подлостей”. Добавим к ним и слова Н.А. Струве, которые, возможно, также отражают главную идею рассказа А.И. Солженицына: “Он был свидетелем, глашатаем правды. Всё его творчество — гимн человеку, который остаётся человеком во всех обстоятельствах. У Солженицына «человек» звучит свято, добро, это есть венец творения, но если человек готов на страдания, на самоограничение во всех смыслах. Всё его творчество — это реабилитация человека в самом бесчеловечном веке”.

Заканчивая наш разговор, хотелось бы услышать голос ещё одного классика русской литературы, для которого образ “жизни” был основным в творчестве.

И должен ни единой долькой
Не отступаться от лица,
Но быть живым, живым и только,
Живым и только до конца…

Б.Пастернак

Жизнь, человечность, сострадание, милосердие неразрывно связаны между собой. Если в нашей жизни не будет этого, она станет бессмысленной и “мёртвой”, а наш финал может быть бесславен и страшен. Да убережём друг друга от этого!

Примечание

1 Ментальные карты — это удобная и эффективная техника визуализации мышления и альтернативной записи. Её можно применять для создания новых идей, фиксации идей, анализа и упорядочивания информации, принятия решений. Принцип составления ментальных карт заключается в том, что в центре листа записывается ключевое понятие, и во время чтения текста вслух учителем ученик записывает все возникающие у него мысли и чувства.