Главная страница «Первого сентября»Главная страница журнала «Литература»Содержание №14/2009

Есть идея!

Идея с урока по «Евгению Онегину»

Мы всегда радуемся, когда вы делитесь с нами и друг с другом идеями, которые помогли организовать урок. Часто бывает, что на статью и даже на полстатьи описание подобной идеи не тянет — а придумка получилась хорошая, хочется о ней рассказать. Что делать? Вот для таких коротких и энергичных, попадающих прямо в цель “идеек” и существует наша последняя полоса. Шлите их смело, даже если они кажутся вам давно всем известными.

Сегодняшний наш дежурный по рубрике — В.А. Белкина из Новосибирска. Своё письмо она начала с традиционных для жанра вступления извинений: “Идейка с урока по «Евгению Онегину» — сомневаюсь, что достойна вашей рубрики: ничего такого оригинального я не придумала. Но как ход в создавшейся ситуации она сработала даже лучше, чем я предполагала. У нас получилась длинная пауза в чтении романа: каникулы, потом отъезд на конференцию. В самом конце четверти был урок по четвёртой главе — оценивали монолог Онегина, а в середине апреля нужно было продолжать. Но класс завис: многие забыли всё напрочь, кое-кто так роман и не дочитал, а кто-то вообще уже мысленно с Пушкиным попрощался. И «читать дальше» было бессмысленно. Хоть сначала начинай — но вроде тоже глупо, да и некогда, всё повторять. И я им последовательно предложила три высказывания о романе Пушкина в целом.

Сначала — Н.Полевого, который назвал ЕО «рудником для эпиграфов» (это отзыв положительный или отрицательный? какими должны быть фразы, подходящие для эпиграфов? тут же найти примеры и их обсудить). Далее — Д.С. Мережковского, который сравнил «Евгения Онегина» с горизонтом, в пределах которого развивается вся последующая русская литература (проверяем: прав ли Мережковский? аргументы-примеры «за» и «против»? что он вообще имел в виду?). И наконец — ахматовское четверостишие «И было сердцу ничего не надо...» (сравнить со своими читательскими ощущениями — вспоминаем их: насколько подходят метафоры Ахматовой? какие особенности пушкинского текста она хотела отразить?). Почти урок на это ушёл, минут тридцать — но зато к роману вернулись без натуги, полистали, оживились (говорить — не страшно, даже при недочитанном или подзабытом тексте), а потом уже двинулись дальше. Может, и вам когда пригодится”.

Пригодится, пригодится обязательно, Вера Аркадьевна! А вот и сами цитаты (можно раздать их ученикам в распечатках; полужирный шрифт использован автором задания для наглядности).

• В 1830 году «Московский телеграф» (Полевой) писал по поводу седьмой главы пушкинского романа: “...Онегин есть собрание отдельных бессвязных заметок и мыслей о том о сём, вставленных в одну раму, из которых автор не составит ничего, имеющего своё отдельное значение. Онегин будет поэтический Лабрюер, рудник для эпиграфов, а не органическое существо, которого части взаимно необходимы одна для другой” (Гуковский Г.А. Пушкин и проблемы реалистического стиля).

• “Пушкин «Евгением Онегиным» очертил горизонт русской литературы, и все последующие писатели должны были двигаться и развиваться в пределах этого горизонта. Жестокость Печорина и доброта Максима Максимовича, победа сердца Веры над отрицанием Марка Волохова, укрощение нигилиста Базарова ужасом смерти, смирение Наполеона-Раскольникова, читающего Евангелие, наконец, вся жизнь и всё творчество Льва Толстого — вот последовательные ступени в развитии и воплощении того, что угадано Пушкиным” (Мережковский Д. Пушкин. Гл. 2. 1896).

• Анна Ахматова, 14 апреля, 1962:

И было сердцу ничего не надо,
Когда пила я этот жгучий зной...
«Онегина» воздушная громада,
Как облако, стояла надо мной.

Вера Белкина ,
г. Новосибирск