Главная страница «Первого сентября»Главная страница журнала «Литература»Содержание №24/2007

Читальный зал

Книжная полка

Вадим Крейд. ГЕОРГИЙ ИВАНОВ. М.: Молодая гвардия, 2007. 430 с. (Жизнь замечательных людей) Вадим Крейд.
ГЕОРГИЙ ИВАНОВ.
М.: Молодая гвардия,
2007. 430 с. (Жизнь
замечательных людей)

У Георгия Владимировича Иванова (1894–1958) удивительная литературная репутация.

Он получил от поэтов неофициальный, но очень весомый титул “первого поэта эмиграции” (Ю.К. Терапиано, З.Н. Гиппиус и др. Г.В. Адамович, например, заявил: “Жорж не первый поэт эмиграции, а единственный”). Его стихи действительно обладают невероятной жизненной силой, которую порой трудно осознать в сугубо эстетических категориях.

Иванов также ярчайший русский прозаик ХХ века, но при этом в его мемуарной беллетристике, по его же признанию, “75% выдумки и 25% правды”. Свидетельство, требующее серьёзного разбора, но надо помнить и то, кто его обнародовал: Нина Берберова (в книге «Курсив мой»). Тоже художница слова не из последних. То есть здесь мы оказываемся в особом пространстве, где главенствует “игра фантазии” (выражение Г.В. Адамовича по отношению к мемуарам Иванова) — в литературе не то что редком, а, напротив, многое определяющем.

Современникам вольно таковую игру не принимать (как это сделали, например, Марина Цветаева и Анна Ахматова), историкам литературы — не оставлять попытки реконструировать реальность на основе таких свидетельств (например, А.Ю. Арьев недавно провёл захватывающее расследование рассказа Г.Иванова якобы об участии его в “мокром деле”)…

Но читатель ждёт от писательских воспоминаний то, чего не найти в исторических источниках, — с тончайшими нюансами записанного “шума времени” (воспользуюсь названием книги Осипа Мандельштама). Георгию Иванову это удавалось.

Всё вышесказанное понадобилось для того, чтобы напомнить, в каких сложных обстоятельствах находился В.П. Крейд, много лет отдавший изучению наследия Г.В. Иванова (специалистам известна его монография «Петербургский период Георгия Иванова» /1989/; также он с Е.В. Витковским и Г.И. Мосешвили подготовил трёхтомник Иванова).

В первом систематическом жизнеописании Иванова, тем более рассчитанном на широкие круги читателей, удалось главное: автор, волей-неволей втягиваемый в круговорот мнений и истолкований написанного и сделанного его героем, последовательно удерживает в фокусе повествования положение о невероятной талантливости создателя «Распада атома», его праве быть самим собой, идти поверх литературных этикетов и сложившихся правил. Это непросто: наверное, очевидное восхищение В.П. Крейда произведениями Иванова порой мешает ему не только уйти в жёсткое комментирование, но и быть беспристрастным биографом.

Однако в конце концов понимаешь: появление книги об Иванове в серии «ЖЗЛ» прежде его научной биографии несёт немало положительного. В.П. Крейд — не только историк поэзии, но и сам поэт, к тому же с опытом редактирования знаменитого «Нового Журнала», а также с собственным опытом эмиграции (покинул СССР в 1970-х). Досконально зная, сколько мытарств перенёс Иванов, он, как видно, принял решение не погружать читателя в хитросплетения споров вокруг творчества Иванова, а дать побольше подробностей его жизненной судьбы.

Подход, во всяком случае, вызывающий уважение, а многим читателям «ЖЗЛ» помогающий увидеть ещё одну звезду русской литературы ХХ века.

Игорь РУКАВИШНИКОВ