Главная страница «Первого сентября»Главная страница журнала «Литература»Содержание №15/2005

Архив

Стенд

Cемьдесят второй (2/2005) номер «Нового литературного обозрения» открывается публикацией мемуарного очерка известного поэта, религиозного философа и публициста Николая Минского (1856–1937) «Встреча с Тургеневым (Страница воспоминаний)» (1931). Ценность его в том, что, пишет публикатор С.Сапожков, “духовный облик Тургенева, строй его мыслей и чувств, запечатлённый на «странице воспоминаний» Минского, разительно отличаются от некоего усреднённого канона, сложившегося в мемуарной литературе XIX–XX веков”. В этом смысле очерк Минского становится важным дополнением к исследованию В.Н. Топорова «Странный Тургенев (четыре главы)» (М.: РГГУ, 1998). Очерк отличается богатством фактического материала, это не только новые подробности истории с так называемым “ставрогинским грехом” Достоевского (она подробно излагается С.Сапожковым), но и глубокие отзывы Тургенева о французском переводе «Войны и мира», о Диккенсе-чтеце, творчестве Альфонса Доде, о Мопассане-новеллисте и сопоставление с ним стиля рассказов Гаршина…

С культурными и прочими мифами связан ряд других публикаций номера: статьи В.Проскуриной «Петербургский миф и политика монументов: Пётр Первый Екатерине Второй», М.Каневской «Кратчайший путь к истине: децентрализация дискурса у Фазиля Искандера». В последней за тяжеловатым заглавием кроется увлекательное исследование поэтики одного из лучших русских прозаиков второй половины ХХ века: “Надолго задерживаясь на таких обыденных вещах, как взгляд ребёнка, приподнятое ухо собаки, возглас сумасшедшего, корни и ветви дерева и тому подобные явления, которые обычно не удостаиваются столь многозначительных объяснений, автор ведёт подразумеваемую риторическую борьбу за то, что они несут в себе не меньше смысла, чем пакт Риббентропа и Молотова или тосты Сталина. Терпеливое и даже умилённое внимание автора к процессу интуитивного восприятия мира парадоксальным образом отражает его скептическое отношение к понятию прогресса — будь то научно-технические достижения человечества в целом или взросление отдельного человека” (с. 243).

В разделе, посвящённом колоритному поэту Серебряного века Владимиру Нарбуту, обратите внимание на блестящую статью Н.А. Богомолова «“Дыр бул щыл” в контексте эпохи», направленную против расхожего восприятия творения Алексея Кручёных.

Памяти крупнейшего французского философа Жака Деррида, оказавшего значительное влияние на развитие современного литературоведения, посвящён блок материалов «Жак Деррида: от критики к этике» — с публикацией перевода его статьи «Разбойники».

Здесь же следует сказать о мемориальных публикациях «НЛО» в целом. Они всегда отмечены особой сердечной интонацией и при этом содержат важные материалы, переводящие творчество покойного из литературно-критического в историко-литературный контекст. В № 72 поминается поэт, художник, исполнитель песен Алексей Хвостенко (1940–2004). Его песню «Город золотой», написанную в содружестве с поэтом Анри Волохонским, знают все, правда, почему-то считая автором певшего её Бориса Гребенщикова.

Ещё одна статья — Ольги Седаковой — посвящена памяти поэта Владимира Лапина (1945–2005). Малоизвестный при жизни, он был замечательным художником, а ещё — талантливейшим литературным педагогом. В 1960-е годы, совсем молодым человеком, Владимир Петрович вместе со своим братом Борисом вёл в журнале «Пионер» отдел «Кораблик». У него был подзаголовок: “Печатает только тебя”, и здесь появлялись стихи и рассказы школьников. Автор этих строк навсегда признателен Владимиру Петровичу за подробнейшие разборы его первых литературных опытов и за то, что он открыл мне так рано поэзию Бориса Пастернака.

В нашей почте немалое место занимают просьбы печатать больше материалов о современном литературном процессе в России и за рубежом. Действительно, стремление осознать свои координаты в пёстром, ежедневно изменяющемся мире литературы естественно для любого человека, имеющего отношение к самому процессу чтения: от школьников и их наставников — учителей литературы до академических литературоведов. Этой проблеме посвящена постоянная рубрика «НЛО» — «Хроника современной литературы». В ней печатаются обстоятельные рецензии на книги прозаиков и поэтов, произведения, о которых спорят. Да и в разделе «Библиография» есть что почитать — и для души, и при подготовке к урокам, в частности, рецензию И.В. Пешкова на книгу: Шекспир У. Трагедия Гамлета, принца датского: Пьеса в трёх актах в переводе А.Ю. Чернова. М.: Париж, 2002. Проделанный в ней анализ современных переводов хрестоматийной пьесы, бесспорно, окажет существенную помощь словесникам. Вот один из тезисов, побуждающих к обсуждению: “…школьная интерпретация Горацио как товарища, друга и конфидента Гамлета, насколько мне известно, до последнего десятилетия не оспариваемая, представляется несколько примитивной и не отвечающей тексту пьесы. Во-первых, ясно, что Горацио не друг детства…” (с. 357).

С.Д.


В № 2 (2005) журнала «Русская речь» выделим несколько групп статей.

В первую войдут работы, прямо связанные с темами школьной программы, — “Тема весны у И.А. Бунина” Н.Д. Ивановой, “Люлька и трубка в вещном мире Н.В. Гоголя” Е.С. Мякининой, ““Моё сердце — родник, моя песня — волна”: О поэтике Я.П. Полонского” П.А. Гапоненко, “Стихов российских механизм” Л.Л. Бельской (это продолжение цикла давнего автора “Литературы” — начало см.: Русская речь. 2004. № 5, 2005. № 1; он посвящён проблемам теории русского стиха).

И вторая группа так или иначе связана со школой. Печатается окончание статьи Т.Н. Марковой ““Особый язык” прозы В.Пелевина” (начало в № 1). Отрадно, что за творчество одного из “культовых” прозаиков российской современности взялись серьёзные филологи. Приведём вывод Т.Н. Марковой: “…лингвистические эксперименты писателя носят разнонаправленный характер, деконструкция словесной формы проявляется отнюдь не однозначно. Разрушая старый “новояз”, художник создаёт другое “новоречение” — индивидуально-авторское, функционирующее только в пределах авторских текстов, в результате — возникает так называемый “внутренний язык” — неопределённо-мистический, эзотерический язык для посвящённых (для убедившихся, по Пелевину). На его создание нацелен круг специфических, свойственных именно этому писателю стилевых приёмов, среди которых — метафоризация тривиальных деталей, наращивание эзотерической семантики местоимений, эвфемистические конструкции и многообразные эклектические словесные совмещения, направленные на деканонизацию привычных, но устаревших штампов в речевом сознании современного читателя” (с. 35).

От Пелевина перенесёмся в нашу седую древность. “Киево-Печерский патерик” — шедевр древнерусской словесности. Возможно, статья М.Е. Башлыковой “Образ доброго пастыря в Киево-Печерском патерике” поможет учителю найти форму включения этого памятника в курс литературного образования (здесь же отметим и полезную статью А.В. Зеленина “Православный этикет”). “Ономастика” — так называется одна из основных рубрик “Русской речи”. В ней продолжается публикация “Толкового словаря российских фамилий” В.О. Максимова. А кроме того, ономастические проблемы рассмотрены в статьях О.Е. Фроловой “Люди и звери” (о фамилиях, образованных от зоонимов) и Г.В. Судакова и Е.А. Славновой “Детские прозвища как явление языковой культуры” (особенно выразительны примеры прозвищ учителей — отметим при этом, что учителя литературы сюда не попали).