Главная страница «Первого сентября»Главная страница журнала «Литература»Содержание №17/2004

Я иду на урок

Готовимся к сочинению. Темы 92-94

Готовимся к сочинению
Темы 92-94

Наталья БЕЛЯЕВА,
г. Тверь


№ 92

Стихотворение Н.А. Некрасова«Умру я скоро. Жалкое наследство…». (Восприятие, истолкование, оценка)

В период антитеррористических мер, предпринятых после выстрела Каракозова (1866), Н.А. Некрасов, желая спасти от закрытия «Современник», принял участие в чествовании графа М.Н. Муравьёва, известного государственного деятеля, получившего большие полномочия в России. В тот же день он пишет стихотворение «Ликует враг...», в котором сожалеет об этом политическом шаге.

4 марта 1866 года он получил анонимное послание «Не может быть…», подписанное “Неизвестный друг”. Автор послания укорял поэта в двуличии, лицемерии, лжи, восклицая при этом “Не может быть!”. Стихотворение «Умру я скоро...» — ответ анониму. В центре стихотворения — размышления поэта о своей жизни, о своей общественной позиции, о своём месте в идейно-политической борьбе революционеров-демократов.

Так как стихотворение представляет собой ответ анонимному автору, обвиняющему Некрасова в измене демократическим идеалам, то кажется, что текст проникнут настроениями оправдания и покаяния. Однако к этим чувствам присоединяются и интонации лирической исповеди поэта, который понимает жизнь только как беззаветное служение Родине и своему народу.

В середине 60-х годов ухудшилось состояние здоровья Некрасова, он долго лечился, но чувство, что жить ему осталось недолго, постоянно угнетает его, он думает о том, всё ли он смог сделать для счастья Родины. Поэтому стихотворение и открывается короткой фразой: “Умру я скоро”. Стихотворение композиционно делится на три смысловые части, каждая из которых заканчивается повторяющимся рефреном. Обобщённый смысл рефрена в том, что автор не оправдывается перед автором письма, а обращается к Родине, просит прощения за то, что он так мало сделал для неё. Но в его труде — автор в этом уверен — часть общей борьбы за освобождение Родины. Поэтому с предельной искренностью звучат строки рефрена: “За каплю крови, общую с народом, // Прости меня, о Родина! Прости!..”

В первой части стихотворения лирический субъект вспоминает свои детство и юность, прошедшие “под гнётом роковым” и “в мучительной борьбе”. Эмоциональная кульминация первой части в словах, которые выражают мысль, звучащую и в других стихах Некрасова. Она в том, что “печальный поэт” “мало знал свободных вдохновений” и на своём творческом пути “с угрюмой музой” встретил немало преград. Действительно, поэт живо откликался на многие злободневные события своего времени; сочувствовал страдающим и обездоленным; противопоставлял служение искусству борьбе за счастье угнетённых; восхищался своими соотечественниками, придерживающимися революционных позиций; тонко чувствовал отношения между людьми, их сложность и драматизм. Незадолго до смерти он приходит к убеждению, что он плохой поэт, так как подчинил свой поэтический талант политической борьбе, и плохой борец, так как сердце поэта, открытое “песням”, не способно к последовательной и ожесточённой борьбе с врагами. Эта мысль звучит в стихотворении «Зине»: “Мне борьба мешала быть поэтом, // Песни мне мешали быть борцом”.

Во второй части стихотворения Некрасов поднимает проблему “продажного” искусства и объясняет Родине, что он никогда “не торговал… лирой”. Но под ударами судьбы он иногда шёл на компромиссы, спасая своё право голоса в защиту обездоленных. Поэт глубоко скорбит о своих бывших друзьях, которые расстались с ним или “перешли уже земной предел”, тяжело переживает своё одиночество и появление новых врагов. Эти строки перекликаются с пушкинским сожалением о друзьях: “Иных уж нет, а те далече…”

Третья часть стихотворения — вершина эмоционального напряжения лирического субъекта. В ней выражается конфликт между чувством и долгом. Поэт считает, что его долг — воспеть страданья народа, изумляющего своим терпеньем, и помочь ему осознать свой путь освобождения, указанный Богом. Но вместе с тем поэт упрекает себя в том, что он “к цели шёл колеблющимся шагом” и “для неё не жертвовал собой”. Он сожалеет, что его песни не услышаны народом. Свою главную заслугу перед отечеством Некрасов видит в любви к “родной стороне”. Эту любовь, даже “черствея с каждым годом”, он сумел в душе своей спасти. Поэтому Родина должна обязательно понять и простить его.

Стихотворение отличается предельной искренностью в выражении чувств. Обращение поэта к Родине естественно, как разговор по душам сына с матерью. Душевные движения выражаются в тексте эмоционально окрашенной лексикой и поэтическим синтаксисом. Поэт употребляет слова и выражения, характерные для романтического стиля: “под гнётом роковым” (у Пушкина — “под гнётом власти роковой”), “буря”, “вдохновение”, “неумолимый рок”, “страданье”, “жребий”, “жертвовал” и другие. Для поэтической формы стихотворения характерны часто встречающиеся в лирике Некрасова инверсии, восклицания, обращения, антитезы, придающие тексту взволнованность и публицистичность.

В Некрасове всю жизнь существовали два человека: один, обладающий поэтическим талантом, способный воспевать тончайшие движения человеческой души, и другой, кому долг и совесть не позволяли “красу долин, небес и моря и ласку милой воспевать”, как он сам об этом пишет в стихотворении «Поэт и гражданин». Поэтому его угрюмая муза им самим была обречена стать музой мести и печали, музой, которую ударами кнута поэт заставлял изображать картины горя народа и звать к борьбе за его освобождение. Отвергая “искусство для искусства” с его воспеванием эстетического чувства и будучи сознательным защитником сатирического “гоголевского направления”, Некрасов считал истинными поэтами тех, кто служит народу, истинными гражданами тех, кто не стремится писать стихи, а своим образом жизни помогает угнетённому народу. Некрасов всю жизнь упрекал себя в недостаточно активном служении народу, поэтому и учил свою музу петь пламенные песни борьбы. Предназначение поэта, по Некрасову, — беззаветно служить народу, даже если сам тёмный и забитый народ этого никогда не узнает и не оценит.

№ 93

Стихотворение Н.А. Некрасова «Рыцарь на час». (Восприятие, истолкование, оценка)

В 1860 году Некрасов задумал большую автобиографическую поэму «Рыцарь на час» с главным героем под вымышленной фамилией Валежников. Но в печати появились только два отрывка: первая часть поэмы под названием «На Волге. (Детство Валежникова)» и стихотворение, которое сейчас известно под названием «Рыцарь на час». По первоначальному плану оно составляло четвёртую главу и называлось «Бессонница». Оно было написано Некрасовым в альбом Л.П. Шелгуновой, подруги поэта, переводчика и публициста М.Л. Михайлова, арестованного и сосланного на каторгу за распространение прокламации «К молодому поколению». Под впечатлением его ареста и ссылки Некрасов напишет в альбом после финальных стихов: “Редки те, к кому нельзя применить этих слов, чьи порывы способны переходить в дело... Честь и слава им — честь и слава тебе, брат! Н.Некрасов. 24 мая 6 часов утра” (1862).

Доминантой смысла стихотворения становится его название — «Рыцарь на час». Некрасов обвинял себя и своих современников в недостаточной преданности делу борьбы за свободу угнетённого народа и считал, что его современники сказали много слов о бедствиях народа и необходимости его освобождения, но за этими словами мало дела. Поэтому стихотворение как бы заключено в композиционное кольцо из названия и финальных строк текста: “Суждены нам благие порывы, // Но свершить ничего не дано”.

В стихотворении можно выделить три смысловые части. В первой из них рисуется картина осенней природы, сельский пейзаж, отдыхающий после уборки урожая. Лирический субъект текста предаётся созерцанию природы, как бы черпая из неё целительную силу, помогающую пробудить в душе стремление к действенной помощи Родине и народу. Поэта радуют сильные крылья вспорхнувшего со стога ястребёнка, ставшего образом-символом, прозрачная чистая даль, сонные нивы, чудные краски леса. Некрасов предстаёт перед читателем талантливым лириком, умеющим живописать дорогой ему мир русской деревни. В природе он ощущает себя бодрым, сильным, мужественным, свободным: “…Мысли свежи, выносливы ноги. // Отдаёшься невольно во власть // Окружающей бодрой природы; // Сила юности, мужество, страсть // И великое чувство свободы // Наполняют ожившую грудь; // Жаждой дела душа закипает…”. Особое чувство удовлетворения вызывает у поэта картина недолгого материального достатка крестьянской общины сразу после уборки урожая: “зеленеющей озими гладь”, “подо льном — золотая долина”, “величавое войско стогов”. В этот период даже родная деревня “стоит, словно полная чаша”, поэтому “не видна её бедность нагая”. Природа и земля вызывают отрадное чувство, а речь поэта изобилует крестьянской лексикой: “деготьком потянуло с дороги”, “родина-мать”, “скирды”, “стога”, “кормилица наша”. Вместе с тем в описании природы Некрасов близок лучшим русским поэтам-философам: Тютчеву, Фету. Он создаёт ласкающие слух звукописные образы: “даЛь гЛубоко прозрачна”, “месяц поЛный пЛывёт”, “в небе цвета гоЛубой, беЛоватый, ЛиЛовый”, “земЛя прихотЛиво одета в воЛны беЛого Лунного света”. Глаз поэта останавливается на картинах, замеченных Тютчевым: “До тончайших сетей паутины…” (ср.: “и паутины тонкий волос”). Но природа не спасает поэта от тяжёлых дум.

Настроение поэта приходит в противоречие с картиной умиротворённой природы. Ему не спится, “над душой воцаряется мгла, ум, бездействуя, вяло тоскует”. Поэт думает “невольную”, “жестокую” думу, от которой может спасти свидание с матерью. Поэтому центральный образ второй части стихотворения — это образ матери, чью могилу мысленно посещает благодарный сын. Исследователи творчества Некрасова утверждают, что изображение в стихотворении старого погоста близ церкви напоминает храм Петра и Павла в селе Авакумцеве неподалёку от Карабихи, где покоился прах матери поэта. Наиболее экспрессивны центральные строфы второй части, в которых звучит обращение поэта к матери. В них подчёркивается гуманизм и душевное богатство матери, оберегающей своих детей и молящейся за своих врагов. Поэту в состоянии душевной тревоги и разлада с самим собой очень нужно свидание с ней. Поэт понимает, что, изливая кручину матери, заставляет её страдать, но восклицает: “…я гибну — и ради спасения // Я твою призываю любовь!” Он поёт матери “песнь покаяния”, чтобы её слёзы смыли с него “все позорные пятна”, чтобы мать дала ему силу, “укрепила… волею твёрдою и на правый поставила путь”. Поэт исповедуется перед матерью, называя её “чистейшей любви божество”, что ассоциируется с пушкинским идеалом душевной красоты — “чистейшей прелести чистейший образец”. Он признаётся, что разучился ходить по тернистой дороге, погрузившись “в тину нечистую // Мелких помыслов, мелких страстей…” Он молит мать вернуть его на трудную, но правильную дорогу жизни: “От ликующих, праздно болтающих, // Обагряющих руки в крови // Уведи меня в стан погибающих // За великое дело любви!”

Третья часть стихотворения отделяется от второй не только графически — многоточием и подзаголовком «Утром, в постели». Между второй и третьей частями — временной промежуток, позволивший лирическому субъекту осмыслить свои ночные размышления, что ассоциируется с философскими строками пушкинских «Стихов, сочинённых ночью во время бессонницы». Доминанта настроения третьей части — сожаление, уныние. Лирический субъект понимает, что ночью он пребывал в волшебной власти “возвышающей душу природы”. А утром, наяву, он пугается своего бессилия, унылого дня, микстуры и мыслей о могиле, где лежит его бедная мать. Финальная часть стихотворения проникнута голосом взыскующей совести, голосом, который поэт глушил в себе во время своей ночной прогулки. Теперь этот голос, подобно “чёрному человеку”, насмешливо затягивает свою “злую песню”. Он упрекает “ничтожное племя” в бездействии, как Лермонтов своих современников в «Думе», и оправдывает пассивность тем, что трудное время захватило их “неготовыми к трудной борьбе”. Горькой иронией, упрёком и сожалением звучат последние строки: “Суждены нам благие порывы, // Но свершить ничего не дано…”

Стихотворение Некрасова «Рыцарь на час» созвучно русской поэтической традиции XIX века, это философское размышление о смысле жизни и предназначении человека, о смерти и бессмертии, об активной жизненной позиции. Мировоззренческая платформа Некрасова зовёт его “с своей карающею лирой” на тернистый путь, ведущий к гибели, а сам поэт упрекает себя в пассивности, рефлексии, бездействии, сомнениях, которые были характерны для русской интеллигенции второй половины XIX столетия. В воспоминаниях современников Некрасова остались сведения о том, что когда Г.Успенский, Н.Чернышевский и сам Некрасов читали «Рыцаря на час» вслух, то на их глазах навёртывались слёзы. Это подтверждает мысль о том, что Некрасов поднимает в своём стихотворении такие проблемы, будит такие мысли и чувства, которые особенно волновали его поколение. «Рыцарь на час» — это поэма-исповедь о внутренних колебаниях человека, который считает, что он своей жизнью не принёс существенной пользы людям.

№ 94

Стихотворение Н.А. Некрасова «Пророк». (Восприятие, истолкование оценка)

По цензурным соображениям Некрасов решил выдать стихотворение «Пророк», посвящённое Чернышевскому, находившемуся в Вилюйском остроге, за перевод из фиктивного автора (в ранних публикациях есть подзаголовки «Из Байрона», «Из Ларры», «Из Барбье»). Подарив И.Н. Крамскому 3 апреля 1877 года свой экземпляр «Последних песен», Некрасов зачеркнул название и написал: «В воспоминание о Чернышевском».

Само название стихотворения ассоциируется в нашем сознании с одноимёнными стихотворениями Пушкина и Лермонтова, но Некрасов поднимает в своём произведении не тему поэта-пророка, а называет пророком человека, сознательно жертвующего своей жизнью во имя счастья других людей. Поэтому в финальной строфе, которая была по цензурным соображениям снята в первой публикации стихотворения, появляется евангельский образ Иисуса Христа, погибшего во искупление человеческих грехов.

Стихотворение начинается полемически. Лирический субъект не согласен с “оппонентом”, утверждающим, что человек, которого судьба привела в тюрьму и в ссылку, “забыл… осторожность” и сам виноват в случившемся. Мы видим три главных образа стихотворения, между двумя из которых происходит острый спор о третьем.

Передовые представители революционно-демократического лагеря, к которому принадлежал Некрасов, хорошо понимали, что в современном им обществе нельзя “служить добру, не жертвуя собой”. Поэт восхищается людьми, принявшими лишения и даже смерть во имя великой борьбы за освобождение угнетённого народа, и видит в них не “государственных преступников”, а героев, способных к самоотречению и готовых “умереть… за других”, положить “жизнь свою за други своя”, что поднимает поэтическое размышление о конкретном человеке на обобщённый, философский, уровень. Лирический субъект убеждает своего противника в высоких душевных качествах человека-пророка, который “любит возвышенней и шире”, далёк от “помыслов мирских” и уверен, что в мире можно либо жить для себя, либо умереть за других. Образ, который вызывает восхищение у лирического субъекта, воплощает в себе лучшие, по мнению революционно настроенной части общества, черты человека: убеждённость, мужество, способность к самопожертвованию. Во имя идеи он готов на смерть, на забвение, на проклятие потомков, убеждённых, что такая жизнь никому не нужна, а “гибель бесполезна”. Черты личности, изображённые в стихотворении, близки героям Тургенева: и Базарову, и девушке из стихотворения в прозе «Порог».

Вершина в развитии чувства — в последней строфе стихотворения. Она наполнена патетическим, героическим пафосом, в ней звучит угроза царям “Божьим судом”. Муза “мести и печали” рождает у Некрасова образ бога Гнева и Печали, который должен “царям земли напомнить о Христе”. Последняя строфа чрезвычайно богата внутренним подтекстом. В ней не только евангельская легенда о мученической гибели Иисуса Христа, но и угроза праведного суда, который настигнет угнетателей. Ассоциативно строфа напоминает и финальную часть «Смерти поэта» Лермонтова, и стихотворение Державина «Властителям и судиям».

По мысли автора, смысл человеческой жизни в служении народу, в великой борьбе за его счастье. Так мыслит и Гриша Добросклонов в поэме Некрасова «Кому на Руси жить хорошо», он тоже готов жить “для счастия // Убогого и тёмного родного уголка” и умереть за свои убеждения, потому что служение народу без жертв невозможно. Лексика стихотворения возвышенная: “служить добру”, “судьба”, “вина”, “жертвуя”, “помыслы”, “Бог”, “царь”. Синтаксические конструкции воображаемого диалога с собеседником, восклицания, инверсии, анафоры, антитезы и параллелизмы придают тексту живость и публицистическую окраску.

Это стихотворение, как и вся вольнолюбивая лирика Некрасова, носит философский характер. Призывы поэта к крестьянской революции переплетаются с мотивами смысла жизни и высокого предназначения человека. Идеалом человека, оправдавшего своё предназначение, образцом решительности и последовательности в защите угнетённых и бесправных поэт считает Н.Г. Чернышевского и за перенесённые им страдания обожествляет его образ.